Узник апартеида: рецензия на фильм «Побег из Претории»

 Узник апартеида: рецензия на фильм «Побег из Претории»

Самый знаменитый узник южноафриканских застенков в своих воспоминаниях рассказывал об изменении своего отношения к бурам как к неотесанным и кровожадным дикарям на противоположное. Так же он с иронией вспоминал, что до этого происшествия считал недопустимым сдаваться в плен врагу. По возвращении в Англию после побега его ждала головокружительная политическая карьера. Фильм по этой истории так и не был снят, а жаль. Ранние годы биографии Черчилля — благодатная почва для экранизаций.

«Побег из Претории» — хорошее кино для юного зрителя, которое пытается сделать политическое высказывание. Как и положено подростковому посылу, простое и наивное. Буры здесь плохие просто потому что плохие. Борьбу с ними ведут исключительно светлые личности с исключительно светлыми идеалами. Фильм выносит за скобки всю сложность ситуации в Южной Африке времен апартеида. И это идет ему на пользу как приключенческой истории. Но лозунги, которые обрамляют эту историю, заставляют копнуть чуть глубже.

Во-первых, террористические акции против расистского режима в ЮАР проводило боевое крыло Африканского национального конгресса (АНК) — «Копье нации» (или же «Умконто ве сизве»), в которое входила и Коммунистическая партия ЮАР. По этой причине организация получала поддержку со стороны СССР, с одной стороны, и была мишенью для ЦРУ и Ми-6 — с другой. Так Манделу властям ЮАР сдала именно американская разведка. И ему почти до самой смерти был запрещен въезд на территорию США как террористу.

Во-вторых, вопреки заявленному в фильме, массовая агитация не была крайней мерой для «Копья нации». Подготовка для партизанских и диверсионных действий велась очень давно и была одной из главных статей обвинения в деле против Манделы, о котором упоминается в фильме. После расстрела властями мирной демонстрации в 1960 г. АНК стал использовать и насильственные методы борьбы. В 80-х теракты уже станут достаточно обычным вариантом сопротивления для «Копья нации» (в организации некоторых из них принимали участие члены ИРА, видевшие в этом возможность еще раз насолить британцам). В них жертвами чаще всего становились гражданские, и большинство из них были чернокожими.

Мандела, кстати, был противником замалчивания жертв среди гражданского населения. И призывал нести ответственность за свои поступки. Столь же твердая позиция у него была в отношении политической борьбы. Отсюда и несогласие на переговоры с властями. Дэнис Голдберг — один из соратников Манделы — придерживался того же мнения.

В фильме персонаж Иэна Харта декларирует, что бежать нельзя, потому что в этом и заключается политическая борьба. А главный герой — Тим Дженкин в исполнении Дэниэла Рэдклиффа — утверждает, что на свободе от них будет больше пользы, и настаивает на побеге. Конфликт в фильме не до конца ясен, но, тем не менее, именно спор старых и новых политических заключенных — лучшая сцена фильма.

Голдберг (Харт) и Дженкин (Рэдклифф)

Проблема в том, что в жизни победили как раз отказавшиеся идти на политические уступки арестанты, а побег оказался личным делом нескольких заключенных. Фильм этот неудобный момент обходит стороной, хотя на старте и заявляет, что главные герои готовы ради победы над апартеидом пойти на любую жертву. Но это остается только декларацией. Если следить не за репликами, а за поступками героев, то до конца идет как раз Голдберг (который-таки не бур, в отличие от того, что озвучено, по крайней мере, в переводе) и его соратники. А для двух молодых людей, заигравшихся в революционеров, вся ситуация с арестом оказывается недоразумением. Чтобы выбраться из этого недоразумения они и организуют побег — никакой политической подоплеки тут уже нет. А чтобы добавить драматизма, к ним в компанию набивается старший товарищ, разлученный со своим сыном.

Недоразумение — слово, которое первым приходит на ум, когда видишь и тюрьму Претории. Здесь у заключенных целый гардероб (который, как минимум, вдвое больше, чем у Тома Сойера), личная швабра, мелкая утварь, и даже наличие несессера с набором отмычек не кажется чем-то необычным. Впрочем, отмычки предусмотрительно разложены по кружкам и полкам, а местная охрана вряд ли бы что-то заподозрила, даже застань заключенного со связкой ключей в руках. Антагонисты здесь настолько картонны и бестолковы, что больше напоминают неписей, чем настоящих людей. Они хмурят брови, подозрительно смотрят на главного героя и сурово произносят что-нибудь в духе: «Что задумал, мандела белый? Я слежу за тобой!» Но самое страшное, что они могут сделать, — устроить досмотр, который ничего не даст. Даже если супостаты что-то и найдут, у них все равно не хватит сообразительности, чтобы это понять.

Настолько карикатурная тюрьма вряд ли попадалась даже Берти Вустеру. И Голдберг намекает героям, что здешнее заведение — курорт по сравнению с тюрьмой на острове Роббен, где он сидел с Манделой. Но в фильме эта мысль не до конца раскрыта, и он выезжает не столько за счет конфликта, которые то там, то тут пытается обозначить, сколько за счет саспенса. Старый хичкоковский страх ожидания работает вовсю. Там, где фильм перестает изображать из себя политический памфлет, он становится добротным триллером. Хотя общее ощущение квеста для подростков не исчезает, и порой кажется, что самое страшное, что может сделать, поймавший беглеца, охранник — это отодрать его за уши.

Особенно несложной задачей кажется, когда ночную смену несет самый толстый тюремщик Южного полушария. Но напряжение и тут не снижает свой градус. И кажется, вот-вот и перед нашими героями встанет дилемма: мы или он. Но фильм ограничивается наэлектризованной атмосферой, уходя от трагичности. Так же, как он лишает иронии одну из финальных сцен, когда Дженкин убирает стружку после столярных работ. Реальный протагонист плотничал с детства и его поведение в этой сцене — забавное в своей неуместности проявление профессиональной деформации.

«Побег из Претории» занимает свою нишу в многочисленных фильмах о тюрьме, снятых за последние годы. Здесь уже были и брутальные истории вроде «Выстрела в пустоту», и тюремный нуар в экзотическом антураже с Гибсоном («Мексиканские каникулы»), и гипертрофированная франшиза о профессиональном беглеце со Сталлоне. Были фильмы-притчи, ремейки великой классики, были и какие-то совсем уж черные комедии. А теперь есть и подростковое кино о побеге.


Фото: simplydanielradcliffe.com / https://radcliffephotos.com/albums/Movies/Escape%20from%20Pretoria/Stills/003.jpg; https://radcliffephotos.com/albums/Movies/Escape%20from%20Pretoria/Stills/006.jpg; https://radcliffephotos.com/albums/Movies/Escape%20from%20Pretoria/Stills/EFP016.jpg.

1
Поделиться:

Алексей Буланенко

Подписаться
Уведомление о
guest
0 - КОЛИЧЕСТВО КОММЕНТАРИЕВ
Inline Feedbacks
Смотреть все комментарии